Перевод песни No Woman, No Cry
Все мы слышали известную песню Боба Марли «No Woman, No Cry». Многие наивно полагают, что название песни переводится как «Нет женщины — нет слез», что в какой-то степени логично:) Но на самом деле певец имел в виду немного другое. В оригинале в песне пелось «No, Woman, Nuh cry». Nuh на ямайском диалекте аналог английского don’t. То есть, фраза значит «Не надо, женщина, не плачь».
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
‘Ere, little darlin’, don’t shed no tears:
No, woman, no cry.
Then we would cook cornmeal porridge,
Of which I’ll share with you;
My feet is my only carriage,
So I’ve got to push on through.
But while I’m gone, I mean:
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
I said, everything’s gonna be all right-a!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right, now!
Everything’s gonna be all right!
I remember when we used to sit
In the government yard in Trenchtown.
And then Georgie would make the fire lights,
As it was logwood burnin’ through the nights.
Then we would cook cornmeal porridge,
Of which I’ll share with you;
My feet is my only carriage,
So I’ve got to push on through.
But while I’m gone:
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
Woman, little darlin’, say don’t shed no tears;
Eh! (Little darlin’, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.
Little sister, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.)
Во дворе дома правительства в Тренчтауне
Наблюдая за ханжами,
Как они смешивались с хорошими людьми, которых мы знали
У нас есть хорошие друзья, но некоторых из них мы потеряли
По дороге сюда.
И в этом великом будущем ты не сможешь забыть своего прошлого
Поэтому вытри слезы, я тебе говорю.
Нет, женщина, не плачь
Нет, женщина, не плачь
И больше никогда, дорогая, не роняй слезы
Нет, женщина, не плачь
Я помню, как мы частенько сидели
Во дворе дома правительства в Тренчтауне
А затем Джорджи зажигал костёр,
В котором из ночи в ночь горело кампешевое дерево.
Затем мы готовили кашу из кукурузной муки,
Которой я поделюсь с тобой
Мои ступни – мое единственное средство передвижения
Поэтому я должен спешить вперед
Но пока меня не будет, я хочу, чтобы ты знала:
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Я говорю – все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Поэтому, женщина, не плачь
Нет-нет, женщина, не плачь
Женщина, сестренка, не надо лить слезы
Нет, женщина, не плачь
[Проигрыш на гитаре]
Я помню, как мы частенько сидели
Во дворе дома правительства в Тренчтауне
А затем Джорджи зажег бы огни,
Как будто это кампешевое дерево горело в ночи
Затем мы приготовили бы кашу из кукурузной муки
Которой я поделюсь с тобой
Мои ступни – мое единственное средство передвижения
Поэтому я должен спешить вперед
Но пока меня не будет:
Нет, женщина, не плачь
Нет, женщина, не плачь
И больше никогда, дорогая, не роняй слезы
Нет, женщина, не плачь
Да! (Дорогая, не лей слезы)
Нет, женщина, не плачь
Женщина, сестренка, не надо лить слезы
Нет, женщина, не плачь
Комментарии
Оставить комментарий
Для комментирования необходимо войти через 
Вконтакте или 
Facebook.
Данный перевод песни на русском языке является художественным, т.е. перевод недословный. Чтобы узнать дословный перевод песни, можете наводить мышкой на английские слова.
No, woman, no cry
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
‘Ere, little darlin’, don’t shed no tears:
No, woman, no cry.
I remember when we used to sit
In the government yard in Trenchtown.
And then Georgie would make the fire lights,
As it was logwood burnin’ through the nights.
Then we would cook cornmeal porridge,
Of which I’ll share with you;
My feet is my only carriage,
So I’ve got to push on through.
But while I’m gone:
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
Woman, little darlin’, say don’t shed no tears;
No, woman, no cry.
Eh! (Little darlin’, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.
Little sister, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.)
Нет, женщина, не плачь
Я помню, как мы сидели, бывало,
В губернаторском дворе в Тренчтауне
Наблюдая за лицемерными типами,
Которые сливались с толпой
Хороших людей, наших знакомых.
У нас есть верные друзья,
А скольких из них мы потеряли по ходу!
В великом будущем не забывай прошлого;
Я говорю, вытри слезы.
Нет, женщина, не плачь
Нет, женщина, не плачь
И больше никогда, дорогая, не проливай слёз,
Нет, женщина, не плачь
Я говорил, говорил, говорил, что
Помню, как мы сидели, бывало,
В губернаторском дворе в Тренчтауне,
А потом Джорджи разводил костёр,
И сандаловые поленья горели ночи напролёт.
Затем мы варили кукурузную кашу,
Которой я буду делиться с тобой
Ноги – мой единственный транспорт,
Поэтому я должен торопиться.
Но пока меня не будет рядом, помни:
Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Я же сказал: Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Всё будет хорошо!
Поэтому, женщина, не плачь
Нет-нет, женщина, не плачь
Женщина, сестрёнка, не проливай слёз
Нет, женщина, не плачь
Я помню, как мы сидели, бывало,
В губернаторском дворе в Тренчтауне
Затем Джорджи разводил костёр,
И сандаловые поленья горели ночи напролёт.
Потом мы варили кукурузную кашу,
Которой я буду делиться с тобой
Ноги – мой единственный транспорт,
Поэтому я должен торопиться.
Но пока меня не будет рядом:
Нет, женщина, не плачь
Нет, женщина, не плачь
И больше никогда, дорогая, не проливай слёз,
Нет, женщина, не плачь
Текст песни Bob Marley — No Woman No Cry перевод на русский язык
Представлен текст песни Bob Marley — No Woman No Cry с переводом на русский язык.
I remember when we used to sit
In the government yard in Trenchtown,
Oba — observing the ‘ypocrites
As they would mingle with the good people we meet.
Good friends we have, oh, good friends we’ve lost
Along the way.
In this great future, you can’t forget your past;
So dry your tears, I say.
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
‘Ere, little darlin’, don’t shed no tears:
No, woman, no cry.
Said — said — said: I remember when-a we used to sit
In the government yard in Trenchtown.
And then Georgie would make the fire lights,
As it was logwood burnin’ through the nights.
Then we would cook cornmeal porridge,
Of which I’ll share with you;
My feet is my only carriage,
So I’ve got to push on through.
But while I’m gone, I mean:
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right!
I said, everything’s gonna be all right-a!
Everything’s gonna be all right!
Everything’s gonna be all right, now!
Everything’s gonna be all right!
So, woman, no cry;
No — no, woman — woman, no cry.
Woman, little sister, don’t shed no tears;
No, woman, no cry.
I remember when we used to sit
In the government yard in Trenchtown.
And then Georgie would make the fire lights,
As it was logwood burnin’ through the nights.
Then we would cook cornmeal porridge,
Of which I’ll share with you;
My feet is my only carriage,
So I’ve got to push on through.
But while I’m gone:
No, woman, no cry;
No, woman, no cry.
Woman, little darlin’, say don’t shed no tears;
No, woman, no cry.
Eh! (Little darlin’, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.
Little sister, don’t shed no tears!
No, woman, no cry.)
Я помню, как мы раньше сидели
Во дворе правительства Тренчтауна,
Наб — наблюдая за лицемерами
Как они смешивались с нашими знакомыми хорошими людьми
У нас есть хорошие друзья, но некоторых из них мы потеряли
По пути.
В грядущем будущем, ты не можешь забыть своего прошлого;
Так, осуши свои слезы, говорю я тебе.
Нет, женщина, не плачь;
Нет, женщина, не плачь.
Женщина, милая, говорю, не надо лить слезы;
Нет, женщина, не плачь.
Сказал – сказал – сказал: Я помню, как мы раньше сидели
Во дворе правительства Тренчтауна.
А затем Джорджи зажигал костер,
В котором ночами напролет горело кампешевое дерево.
Затем мы готовили кашу из кукурузной муки,
Которой я поделюсь с вами;
Мои ноги – это мое единственное средство передвижения,
Поэтому мне нужно спешить вперед.
Но пока меня не будет, я хотел бы, чтобы вы знали:
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо!
Говорю, все будет хорошо — о!
Все будет хорошо!
Все будет хорошо, сейчас!
Все будет хорошо!
Так, женщина, не плачь;
Нет — нет, женщина — женщина, не плачь.
Женщина, сестренка, не надо лить слезы;
Нет, женщина, не плачь.
Я помню, как мы раньше сидели
Во дворе правительства Тренчтауна,
А затем Джорджи зажигал костер,
В котором ночами напролет горело кампешевое дерево.
Затем мы готовили кашу из кукурузной муки,
Которой я поделюсь с вами;
Мои ноги – это мое единственное средство передвижения,
Поэтому мне нужно спешить вперед.
Но пока меня не будет, я хотел бы, чтобы вы знали:
Нет, женщина, не плачь;
Нет, женщина, не плачь.
Женщина, милая, говорю, не надо лить слезы;
Нет, женщина, не плачь.
Да! (Милая, не надо лить слезы!
Нет, женщина, не плачь.
Сестренка, не надо лить слезы!
Нет, женщина, не плачь.)