Чувашский и венгерский язык
Анна ДЫБО: булгарская ветвь тюркских языков представлена к настоящему времени всего одним языком — чувашским.
В III веке нашей эры кочевая империя сюнну пала под ударами сяньбийцев, которые, видимо, были протомонголами. Китайцы, правда, пишут, что она пала под ударами китайцев. По-видимому, и то и другое верно, но только китайцы все время пишут, что они ушедших к северу сюнну догнали и уничтожили, а на самом деле не похоже. Это известная история: в битве при Кадеше хетты писали, что победили хетты, а египтяне — что победили египтяне.
В III веке нашей эры значительная часть состава кочевой империи сюнну откочевывает на запад. Дальше их исторические следы находятся, а лингвистические нет, пока у нас не объявляются в IV веке хунну в Европе, в европейских источниках. Про хунну в европейских источниках пока трудно говорить, какой был точно племенной состав, на основании данных об их языке, потому что набор слов самый разнообразный: есть и славянские слова, и тюркские, и иранские, и даже германские. Во-первых, в VI веке нашей эры в хрониках вместо гуннов уже начинает фигурировать народ булгары, а во-вторых, это название потом мы видим в разных местах Восточной Европы, в том числе в качестве названия болгарского царства и нынешней Болгарии с VII века нашей эры, а также в названии государства волжских булгар, которое начинает фигурировать примерно с Х века нашей эры.
Булгарская ветвь тюркских языков представлена к настоящему времени всего одним языком — чувашским. И этот язык наиболее рано отделившийся от пратюркской общности — это легко определяется по его разным свойствам. Оказывается, что некоторые сведения об истории булгарского языка мы можем обнаружить с помощью исследования фонетики заимствований из булгарского языка, то есть такого языка, который можно считать предком чувашского, в различные языки Восточной Европы. Самый большой объем для исследования нам предоставляет венгерский язык. В венгерском языке около 400 корней, слов, заимствованных из булгарского языка. Чем отличается булгарский язык от остальных тюркских?
Имеется такое соответствие сонантов, что чувашскому /р/ соответствует в остальных тюркских языках в каких-то словах /р/, а в каких-то — /з/. Чувашскому /л/ соответствует в других тюркских языках в каких-то словах /л/, а в каких-то словах — /ш/. По этому поводу мы восстанавливаем сейчас для прототюрского языка на этом месте две фонемы — одна из них латерал /хль/, а другая — простое /л/. Соответственно, латерал дал /хль/ в остальных языках. Для /р/ мы так же восстанавливаем для этих двух типов две фонемы. Это /рж/ (/rz/) польского типа или чешского в одном случае, когда у нас /з/ в общетюркском и /р/, когда у нас везде /р/, в том числе в чувашском. Например, «гусь» по-чувашски будет «хур», а в остальных тюркских языках это «каз». А с другой стороны, «снег» по-чувашски будет «юр», а в остальных тюркских языках это «кар». В венгерском языке мы обнаруживаем два слоя заимствований из языка типа чувашского, то есть имеющие /р/ и /л/ на местах общетюркского /ш/ и /з/. Один слой этих заимствований очень похож на пратюркское состояние, как мы его восстанавливаем. Он отличается, собственно говоря, только так называемой чувашской, булгарской палатализацией, а именно переходом /с/ в /ш/ в позиции перед древним дифтонгом. В общетюркском «желтый» — сарыг, в чувашском ему соответствует слово šorъ («белый»). По-видимому, примерно на этом же языке говорили и хазары, потому что хазарская столица, как известно, называлась Саркел, или Шаркел (потому что греческие источники не могут различить /с/ и /ш/, как и арабские), что на русский, на древнерусский, переводилось как Белая вежа, Белый дом. Вот это «сар», или, скорее, древнее «шар», — это соответствие нынешнего чувашского šorъ, оно и значит «белый», а не «желтый».
В венгерском языке есть значительный слой заимствований из подобного языка, который мы могли бы счесть древнебулгарским. Причем эти заимствования устроены примерно так же, как заимствования в венгерский из аланского языка. Аланский язык — предок осетинского языка, то есть иранский. И таким образом, выдающий венгерский тюрколог Рона-Таш установил приблизительное место тройственного контакта протобулгар, протовенгров и аланов. Установил он это по взаимным заимствованиям названий деревьев: из венгерского в осетинский, из чувашского, проточувашского, булгарского в осетинский и из булгарского в венгерский. Зона контактов ложится на Доно-Кубанский регион, что довольно похоже на то место, в котором историки локализуют Великую Булгарию, государство протобулгар. Но в венгерском имеется и другой слой заимствований из языка булгарского типа, и, по-видимому, эти заимствования значительно более поздние. Потому что правила их заимствований в венгерский (адаптация тюркских согласных и гласных системой венгерского языка) совпадают с правилами адаптации теми же гласными и согласными венгерского языка фонетики славянских заимствований в венгерский, которые, как доказал один из крупнейших финно-угроведов Евгений Арнольдович Хелимский, носят характер паннонско-славянских заимствований, то есть это заимствования из славянского языка, существовавшего на территории Паннонии, с которым венгры, естественно, стали контактировать после того, как явились на эту территорию. У венгров это называется «обретение Родины», то есть это место их нынешнего обитания.
Слова, заимствованные в это время в венгерский язык, уже не очень похожи на пратюркский, они больше похожи на чувашский. По-видимому, случилось вот что: когда булгары в районе VII века разделились и часть из них двинулась дальше на запад, а часть стала подниматься по Волге вверх, чтобы впоследствии основать там Волжскую Булгарию, то, вероятно, разделился и протобулгарский диалект. Тот диалект, который приходит куда-то на запад, где контактирует с венграми примерно того же периода, которые заимствовали у нас из паннонско-славянского, унес с собой некоторые зачатки изменений, общих для тех, которые впоследствии произошли в чувашском, но развил их несколько иначе. Какие эти слова? Могу привести несколько примеров. Есть тюркское слово kōr («вред, яд»), с /о/ долгим, оно заимствовалось в венгерский язык в форме kār, с /а/ долгим. Довольно яркие примеры того, что эти заимствования в венгерский уже не из того булгарского, из которого идут заимствования первого периода, мы можем наблюдать на словах с пратюркскими губными гласными. Потому что начальные губные гласные дают в чувашском дифтонгизацию, особенно долгие. Там вылезает начальная протетическая /в/. Например, ōluk («желоб», «колода») дает в чувашском valak. Так вот, если в древневенгерском мы имеем заимствования из древнетюркского слова tōrak, которое значит «творог», различные виды сыра, отражается в венгерском как turō, с долгим /о/ конечным. С другой стороны, заимствование из древнетюркского ōj- («копать») звучит в венгерском как váj-. Это явно заимствование из языка, в котором произошла булгарская дифтонгизация. С другой стороны, слово kōr («вред, яд») заимствовалось в венгерский в виде kār. И мы можем полагать, что здесь мы имеем дело с развитием из /квар/ — сочетания, которое развивалось в дифтонг, но в венгерском запрещены начальные сочетания согласных.
Глава V. Тюркизмы чувашского типа в венгерском языке
1 Баскаков Н. А. Введение в изучение тюркских языков. — М., 1969, с. 231.
2 Закиев М. 3. Об истоках языка основных компонентов волжских татар. — Учен. зап. Казанского пединститута, 1978, вып. 186. — Казань, с. 3-65. Кузьмин-Юманади Я. Ф. Тюркизмы в венгерском языке и в славяно-болгарском именнике. — В сб. «Формирование татарского литературного языка». — Казань, 1989, с. 23-44.
3 Ашмарин Н. И. Болгары и чуваши. 1902, с. 34-35.
4 Zoltan Gombocz. Die bulgarisch-turkishen Lehnworter worter in der ungarischen Sprache. MSFOu, 30. Helsinki. 1912, стр. 203-206.
После этой работы 3. Гомбоца для венгерских ученых, а также для некоторых зарубежных и советских тюркологов мысль о тождестве булгарского и чувашского языков, т. е. булгаро-чувашская теория, стала положением, не требующим доказательств. Поэтому материалы эти никем не проверялись. Между тем первое же знакомство с книгой дает возможность установить следующую особенность анализа.
3. Гомбоц в области своего исследования не включает татарский и башкирский разговорные языки, которые формировались на территории, занятой когда-то волжскими булгарами. Такое искусственное сужение объекта сравнительно-исторического исследования привело его к необъективным выводам. Так, 3. Гомбоц почти каждое выбранное слово сравнивает не с реально существующим чувашским словом, а с ре- койструированным им самим словом, которое он называет старочувашским. Но. следует сказать, что, во-первых, поскольку этй реконструированные старочувашские слова не подтверждаются зафиксированными в письменных источниках действительными старочувашскими словами, постольку их реальность весьма условна. Во-вторых, большинство приведенных 3. Гомбоцем слов, называемых им старочувашскими, совпадает со словами тюркского языка огузокыпчакского типа, в частности, со словами татарского языка. Если бы 3. Гомбоц в своем исследовании оперировал и татарским языком, то он бы это легко заметил и сделал вывод о том, что старочувашский и, следовательно, булгарский языки представляли собой языки огузокыпчакского типа. Однако он сравнивал специально отобранные тюркские заимствования в венгерском языке лишь с созданными им весьма условными старочувашскими словами и, естественно, пришел к выводу о близости булгарского и старочувашского языков.
Если проверить близость 227 слов, проанализированных
3. Гомбоцем, не только к чувашским, но и татарским эквивалентам, то мы получим следующую картину.
1. Из 227 заимствований 87 слов настолько приспособлены к венгерским произносительным нормам, что их без тщательного фонетического анализа трудно приблизить как к чувашскому, так и татарскому языку, например, artany «очищать», baj «колдовство», beko «подкова», bika «упрямый», boglya «копна», Ьй «колдовать», gyur «давить, связать», koporso «гроб, ящик», tomeny «бесчисленный», zerge. »K03en» и т. д. Сюда мы включили и такие заимствования, которые фонети
чески стали далеки от чувашских и татарских слов, но больше напоминают татарские варианты. Например, в венгерском boglya, в татарском богол «копна, стог»; в венгерском artany, в татарском арыну «очищаться, освобождаться», в венгерском tomeny, в старотатарском темэн «бесчисленный, десять тысяч» и т. д.
2. 44 слова совпадают как с татарскими, так и с чувашскими эквивалентами почти в одинаковой степени. Например, sorke «гнида» — т. серке,: ч. шарка; szakal «борода» — т. сакал, ч. сухал и т. д.
Таким образом, из двух предыдущих пунктов 131 слово, т. е. 58% слов, не могут быть основанием для доказательства того, к какому языку близки эти заимствования; к чувашско- тюркскому или кыпчакскотюркскому.
3. 43 заимствования находят эквиваленты в татарском языке. Например, balta «топор» — балта; beka «лягушка» — бака; beke «закрытый» — беке; cziczkany «мышь» — сыч- кан; gozii «крыса» — KYce; gyalom «багор, невод» — ж,ылым; guart «сделать, изготовлять» — ярату; gyoplo «связка» — жэплэу; ildomos «мудрый» — ж,ылдам; kesik «поздно» — ки- чегу; kobak «тыква» — кабак; kedek «пупок» — кендек; so- ргб «дрожжи» — чупрэ; szan «считаться» — санау; szirt «хребет» — сырт; szongor «орел» — шонкар; teker «крутить» — тэкэрмэч; tiir «сложить» — тер; tyuk «курица» — таук и т. д.
4. 38 заимствований встречаются как в татарском языке, так и в чувашском, но с особенностями татарского языка, например, а1 «обманывать» — т. алдау, ч. ултала; alma «яблоко» или «картофель» — т. алма, ч. улма; агра «ячмень» — т. арпа, ч. урпа; bator «храбрый» — т. батыр, ч. паттар; bors «перец» — т. борыч, ч. парас; kender «конопля» — т. киндер,
ч. кантар; korom «сажа» — т. корым, ч. харам и др.
Следовательно, из двух предыдущих пунктов 81 слово, т. е. 35,5% заимствовано венгерским языком из кыпчако-тюрк- ского.
5. Лишь 15 заимствований, т. е. 6,5% можно обнаружить в чувашском языке и с так называемыми чувашскими особенностями: borji «телёнок», borso «горох», gyom «трава», gyiirii «кольцо», iker «близнецы», ir «писать», koris «ясень», or «молоть, дробить», бкбг бык, sar «грязь, болото», sarlo «серп», gy- tirii «кольцо», sziics «скорняк», tiikor «зеркало», йпб «корова».
Таким образом, если в область объектов сравнения 3. Гомбоца включить и татарский язык, то лишь 6,5% собран
ного им материала могут подтвердить теорию близости булгарского и чувашского языков, все остальные, т. е. подавляющее большинство материала, доказывает несостоятельность этой теории. Возникает закономерный вопрос: как же объяснить наличие среди этих заимствований нескольких слов с чувашскими особенностями? Объяснить это тем, что булгары являются предками чувашей, мы не можем, ибо ни лингвистические, ни этнографические, ни антропологические данные такое положение не подтверждают. Очевидно, дело здесь — в закономерностях процесса заимствования: как при формировании чувашского языка, так и при заимствовании венграми тюркские слова усваивались финно-угорами. Следовательно, в обоих случаях условия были одинаковыми. Тюркские слова воспринимались слухом, привыкшим к финно-угорской речи, воспроизводились устами, привыкшими к финно-угорской артикуляции. Поэтому как в чувашском, так и в венгерском языке можно обнаружить некоторые общие, в одинаковой степени фонетически измененные обычные тюркские слова. Но они и в том, и в другом языке появились не путем взаимовлияния, а совершенно самостоятельно. Это подтверждается и тем, что в материалах Золтана Гом- боца имеется несколько слов с ротацизмом, отсутствующих в чувашском языке или имеющихся в нем без ротацизма. Например, goreny «хорек» — т. кезэн (сасы козэн), ч. пасара; karo «кол» — т. казык, ч. шалса; tar «плешь» — т. таз, ч. кукша или таса в смысле «чистый»; tenger «море» — т. диц- гез, ч. тинес; tor «петля» — т. тозак, ч. йала (серепе) ; tiir «страдать, терпеть» — т. tYz, ч. туе.
Об исторических обстоятельствах, способствовавших появлению этих «чувашизмов» в венгерском языке, среди иссле
5 Немет Ю. Ф. Венгерские племенные названия у башкир. — Археология и этнография Башкирии. T. IV, БФАН СССР, 1971, с. 261.
дователей нет единого мнения. Большинство историков аш- маринистского направления предполагают, что слова эти заимствованы венграми из языка волжских булгар, то есть от предполагемых предков чувашей, во время предполагаемого совместного пребывания их в районе Волжской Булгарии. В связи с этим высказывается догадка, согласно которой венгры до прихода в Паннонию якобы обитали на Каме, где в процессе обоюдных контактов с булгарами переняли их чувашского типа лексические элементы, называемые ими «бул- гаризмами».
Однако история венгров не знает такого случая, чтобы поволжские булгаро-чуваши когда-либо прикочевали или присоединялись к ним в таком количестве, чтобы повлиять на характер их языка. Следовательно, чувашеподобные тюркизмы в венгерском языке появились другим путем.
Некоторые исследователи считают, что наиболее вероятными посредниками, перенесшими «чувашизмы» в венгерский язык, были не булгары, а хазарские кабары, говорившие на языке, близком к чувашскому, и прикочевавшие к венграм перед приходом их на Дунай.
В наиболее четкой форме эту мысль высказал в прошлом веке венгерский историк и этнограф П. Гунфальви в его ра
6 Аракин В. Д. Ошибки в работе Н. Я. Марра по чувашскому языку. — Записки Чувашского НИИ. — Чебоксары, 1953, вып. VIII, с. 49.
Кабары, как явствует из сообщений их современников, были выходцами из среды рядовых «черных хазар» или гунно- хазар. После того, как хазарский каган Обадья произвел государственную реформу и стал насаждать в стране ортодоксальный иудаизм, исламизированные хазары подняли восстание против своих правителей, но оказались разгромленными, так как языческое население не поддержало повстанцев. Этих повстанцев хазарские правители прозвали заговорщиками — «кабарами» или, точнее, каварами (в византийских источниках они значатся kavaros, что соответствует чувашскому kavar «заговор, заговорщики, фронда»). Спасаясь от своих преследователей, кавары вынуждены были бежать в печенежские степи и присоединиться к кочевавшим там венграм. Византийский император Константин Багрянородный об этом событии писал следующее: «Так называемые кавары происходили из рода хазар. Когда у них произошло отделение от их власти и возгорелась междоусобная война, первая власть одержала верх,— и одни из них были перебиты, другие убежали и поселились с турками (т. е. венграми) в печенежской земле, заключили взаимную дружбу и получили название каваров. Они научили турков (венгров) хазарскому языку и доселе говорят на том же наречии, но владеют и турецким (венгерским) языком. Вследствие того, что они в войнах оказывались сильнее и храбрее восьми родов (венгров), то им давали первенствовать на войне в качестве первых родов. У всех трех родов каваров один князь, который существует по настоящее время. Первый род, оторвавшийся от хазар, это — вышеупомянутый род каваров. ». «Таким образом, кавары, соединившись с турками (венграми), поселились с ними (сперва) в печенежской земле; после этого по приглашению христианолюби- вого и славного царя Льва, они перешли (Дунай) « и «поселились в этой земле, где живут ныне», то есть «по ту сторону Ду
7 Hunfalvi P. Die Ungarn oder Magyaren. Wien. 1881, s. 55-62.
Обуславливалось это тем, что кавары оказались нужными людьми в Венгерском государстве: они составляли ядро конной армии, были меткими стрелками и обеспечивали успех в сражениях не только в период обретения венграми родины, но и в последующих войнах с европейскими государствами. Венгерские короли использовали их также в борьбе со своими внутренними противниками и заставляли собирать дань с населения. Каварам же доверялось королевское казначейство и ведение военно-дипломатических переговоров с иностранцами, в частности, с Византией, в связи с чем Константин Багрянородный ошибочно называл всех венгров «турками». Особенно возросла потребность в наемных каварских воинах в период венгерских экспансий в Далмации, в связи с чем венгерские короли стали вербовать новых ландскнехтов в распавшейся к тому времени Хазарии, равно как и среди печенегов. Падение Хазарского каганата и принятие многими его жителями ислама создали для этого весьма благоприятные условия: лишенные своей государственности и ставшие мусульманами хазарские бесермены охотно отправлялись в Венгрию, к своим сородичам и единоверцам. В качестве вербовщиков среди них выступали посланные венгерскими королями ка- варские вожди. В 1150—1153 гг., например, когда в Венгрию приезжал Абу Хамид аль-Гарнати, такую вербовку проводил
8 Константин Багрянородный. Об управлении государством. —В кн: Известия Государственной Академии истории материальной культуры.
1934, вып. 91, с. 18-20,
9 Константин Багрянородный. Указанное соч., с. 18.
10 Путешествие Абу Хамида ал-Гарнати в Восточную и Центральную Европу (1131—1153). — М., 1971, с. 44.
12 Hunfalvi Р. Указанное соч. (Цитируется по кн.; Каховский В. Ф. Происхождение чувашского народа. 1965, с. 5).
13 Zoltan Gombocz. Die bulgarisch-turkischen Lehnwdrter in der ungari- schen Sprachen. S. 187.
14 Bibliotheca orientalis Hungarica, XXVIII. Budapest, 1983; Studia Altaica, 17. Szeget. 1982.
«чувашизмы» в венгерском языке отнюдь не свидетельствуют об их булгарском происхождении и тем более не могут свидетельствовать о принадлежности булгарам чувашского типа р-языка.