Одной из трудностей в переводе английских текстов является безэквивалентная лексика, или так называемые реалии, под которыми понимаются исторические, национальные и этнокультурные тонкости, не имеющие эквивалентов в языке переводчика.
-Вещественная экзотичность — отсутствие в жизненном фоне переводящей стороны тождественных явлений и предметов.
-Лексико-семантическая специфика — отсутствие аналогичных понятий.
-Стилистическая лакуна — пробел в соответствующих понятийных характеристиках переводимого слова.
Все эти несоответствия ведут к многочисленным авторским импровизациям в интерпретации переводимого материала, не редко искажающим первоначальный смысл. Исходные слова становятся своеобразными заложниками лингвистической компетентности переводчика, его вкуса и базовых знаний.
Для того, чтобы выполнить перевод профессионально, следует быть в курсе определённых методов, позволяющих воспроизвести в переводе слова без соответствующего лексического эквивалента вполне адекватно.
Методы перевода безэквивалентной лексики
Все эти методы, взятые в совокупности или в отдельных вариантах, могут обеспечить три основных типа соответствия переводного материала оригинальному тексту:
-полное,
-частичное,
-абсолютное несоответствие.
Особенности перевода: референциально-безэквивалентная лексика
К этой словарной группе относятся простые и сложные слова любой семантики (неологизмы, термины, лакуны).
Лакуны включают в себя понятия, не имеющие семантических аналогов в языке, на который осуществляется перевод. Для их воспроизведения требуется, как правило, описательный метод.
Перевод простых слов
1. Вылазка — атака
On the eve of the Winter Olympics in Sochi in the North Caucasus frequent terrorist attacks [The Washington post, №64, December 2014].
В преддверье зимней Олимпиады в Сочи на Северном Кавказе участились вылазки террористов.
Чтобы определить тип соответствия перевода, обратимся к значениям слов в словарях Ожегова и издательства «Макмиллан».
Вылазка — смелое и неожиданное нападение на врага (Ожегов).
Аttack — a violent attempt to harm a person (насильственная попытка нанести вред человеку, — Макмиллан).
Как видим, в переводе можно говорить только о частичной семантической аналогии.
2. Раскачка — to get adjusted
The election is over. Time to get adjusted very little in Trump [The Guardian, № 2, January 2017].
Выборы уже позади. Времени на раскачку у Трампа очень мало.
Раскачка — выход из состояния бездействия, начало действия (Ожегов).
Аdjust — to get used to a new situation by changing (привыкание к ситуации, изменения, —Макмиллан).
В переводе налицо — неполное соответствии семантик двух слов. Возможно, здесь следовало прибегнуть к контекстуальному уточнению.
3. Светила медицины — the medical science gurus
Пример из американского перевода статьи о рейде мэра Москвы по больницам города.
На встрече присутствовали многие светила русской медицины [Московский комсомолец, №63, июнь 2016].
The meeting was attended by many lof Russian medical science gurus (не полное) New York Times, №44, June, 2016].
Светило — великий знаток (Ожегов)
Guru — духовный лидер (Макмиллан).
Светила медицины — не семантическая лакуна.
Более оптимальным в данном случае был бы вариант практически с полным соответствием смыслов:
The meeting was attended by many luminaries Russian meditsiny.
4. Кухня — kitchen
В кухню глобальной политики вхожи не многие лица [Коммерсант, №31, август 2015 ].
Перевод:
In the kitchen of global politics, many people do not enter [The Times, № 68, March, 2016].
Кухня (переносный смысл) — скрытая сторона какой-нибудь деятельности (Ожегов).
Kitchen — у Макмиллана переносного смысла не имеет и означает только предметы и действия, связанные непосредственно с кухней.
Перевод сложных безэквивалентных слов
Современный английский язык пестрит всевозможными лексическими новообразованиями. Многие из них живут только в СМИ, разговорной речи, технической и художественной литературе. В основе продуктивного словотворчества — появление новых и переосмысление старых префиксов и суффиксов, аббревиация, лексическое наслоение смыслов. Например:
Drop-out — аналог нашего бомжа. Слово образовано в результате сочетания существительного «drop» (падение) и суффикса «out» (вне), показывающего на внесоциальную ориентацию субъекта.
Особенно широко новояз распространён в информационно-технических технологиях. Для перевода этих слов на русский язык публике, не искушённой в профессиональной терминологии, требуется развёрнутое пояснение.
-Software (софт — жаргон пользователей) — программное обеспечение для
определённых компьютерных операций);
-Нardware — техническое обеспечение полноценной компьютерной связи;
-Vapourware — новая компьютерная техника с соответствующим софтом;
-Bluetooth («Синий зуб») — система дистанционной связи;
В последнем случае смысл термина образует историческая легенда о короле Гарольде Блютусе, объединившем (связавшем) скандинавские земли. «Синий зуб» — это его шутливое прозвище (король не любил чистить зубы).
Большая трудность с подбором семантических эквивалентов возникает при переводе существительных, образованных из сопряжения с фразовой отглагольной частицей «off»:
-Cut-offs – короткие шорты,
-Blow-off — простая штука (дело);
-Dust-off — вертолет скорой помощи;
-Hands-off — полная свобода действий;
-Split-off — выделение из организации новой функциональной структуры;
-One-off edition — подарочное издание к торжественной дате.
Перевод безэквивалентной лексики требует от исполнителя не только хорошего знания фонового, общепринятого английского языка и определённых специальных знаний по изучаемой теме. Переводчик должен использовать ещё все существующие
профессиональные методики воспроизведения оригинального текста и максимально полно добиваться соответствия с ним своей работы. Необходима также и общая эрудиция, которая может ассоциативно компенсировать существующие лексические пробелы в родном языке.
Проблемы перевода безэквивалентной лексики
Уже в самых первых попытках филологов определить цели и задачи перевода можно найти начало теоретических споров нашего времени о допустимости буквального или вольного перевода, о необходимости сохранить в переводе то же воздействие на читателя, которым обладает оригинал и т.п.
Но основы научной теории перевода стали разрабатываться только к середине ХХ века, когда переводческая проблематика привлекла внимание языковедов. До этого времени считалось, что перевод никоим образом не может включаться в круг вопросов, изучаемых лингвистической наукой.
Отношение языковедов к переводу чётко выразил В. Гумбольдт в письме к известному немецкому писателю и переводчику Августу Шлегелю: «Всякий перевод безусловно представляется попыткой разрешить невыполнимую задачу. Ибо каждый переводчик неизбежно должен разбиться об один из двух подводных камней, слишком точно придерживаясь либо своего подлинника за счёт вкуса и языка собственного народа, либо своеобразия собственного народа за счёт своего подлинника» [14, с. 17].
Что касается отечественной науки о языке, то в её традиции перевод принято рассматривать как сложное многоаспектное понятие, которое представляет собой в первую очередь процесс межъязыковой трансформации текста. Переводом с одной стороны следует считать процесс преобразования с исходного языка (ИЯ) на переводящий язык (ПЯ), с другой стороны, перевод – это изменение речевого произведения на одном языке в речевое произведение на другом языке при сохранении неизменного плана содержания, то есть значения.
Сам по себе предмет теории перевода изучает процесс создания вторичного текста (текста на ПЯ) с той или иной степенью соответствия репрезентирующего оригинальный текст (текст на ИЯ). При этом для переводчика крайне важно донести не только чисто информационную часть оригинала, но и его экспрессивное наполнение, т.е. не только то что написал автор, но и то как он это сделал.
В той мере, в какой практический опыт коллектива, говорящего на данном языке, одинаков у коллективов, говорящих на разных языках, одинаковы и значения, выражаемые в этих языках. Поскольку сама реальная действительность, окружающая разные языковые коллективы, имеет гораздо больше общих черт, чем различий, постольку значения разных языков совпадают в гораздо большей степени, чем они расходятся.
В этом состоит теоретическое оправдание принципа «переводимости», который составляет основу процесса межъязыковой и межкультурной коммуникации – масштабного явления, в которое вовлечены носители самых разных языков и культур.
Однако существуют точки зрения, согласно которым перевод всегда «является операцией, относительной по своим результатам, так как в каждом языке по отношению к любому другому есть элементы, передача значения которых в нормальных условиях в рамках самого текста невозможна, а основные ограничения на любой перевод накладывают, главным образом, внутрилингвистические значения» [13, с. 38].
Безэквивалентная лексика, как правило, вызывает наибольшую трудность при переводе на иностранный язык, так как словарный перевод такой лексики не даёт результата. Примером особого подхода к переводу безэквивалентной лексики можно считать перевод семантических лакун, т.е. слов, не имеющих на ПЯ эквивалентов в виде отдельных слов.
Однако факт отсутствия в русском языке отдельных слов, закреплённых за понятиями иностранного языка, подвергающегося переводу, не означает, что все эти специфически национальные понятия нельзя передать в переводе, хотя бы путём описательного перевода, который можно признать основным способом перевода семантических лакун.
Один из вариантов безэквивалентной лексики – слова широкой семантики, которые обнаруживают расхождение референциальных значений в ПЯ по сравнению с ИЯ. При этом, выбор требуемого соответствия в переводе этого типа безэквивалентной лексики возможен только при условии выхода за пределы языкового контекста и знания самой реальной обстановки или ситуации.
Отдельную разновидность переводческих трудностей представляет собой альтернативно-безэквивалентная лексика. Это особая разновидность безэквивалентной лексики, в которую входят имена собственные, безэквивалентность которых обусловлена национальным своеобразием языка и культуры народа, говорящего на ИЯ.
Как правило, при переводе имена собственные заимствуются путём транскрипции – передачи звучания имени собственного. Однако в тех случаях, когда имя собственное не просто называет предмет, а имеет некое дополнительное значение, механическая передача звучания не обеспечивает адекватности перевода. Адекватность перевода достигается только путём экспликации смысловой структуры, которая, применительно к различным типам имён собственных имеет определённые закономерности.
В качестве отдельной группы безэквивалентной лексики А. О. Иванов рассматривает языковые реалии – особые слова и словосочетания, называющие объекты, характерные для жизни, быта, культуры, социального и исторического развития одного народа и чуждые другому; будучи носителями национального и/или исторического колорита, они, как правило, не имеют точных соответствий (эквивалентов) в других языках. Существует несколько способов передачи реалий на ПЯ:
1) калькирование, т.е. повторение внутренней формы исходного слова;
2) использование существующего аналога;
4) приближенный или описательный перевод.
К определённому типу безэквивалентной лексики относятся и фразеологизмы, для которых существует два способа перевода:
— лексический (или описательный);
В целом, перевод всех видов безэквивалентной лексики считается крайне сложной проблемой, поскольку перед переводчиком всегда стоит проблема выбора между калькированием и разъяснительным, описательным переводом. Сохранение внутренней формы может вести к нарушению в прагматике, а сохранение прагматического значения может сопровождаться потерей референции, т.е. определённой части смысла. Этот выбор не может быть закреплён какой-либо универсальной переводческой нормой, а основан только на степени мастерства и вкуса переводчика.
К проблеме перевода безэквивалентной лексики (БЭЛ)
Рубрика: 7. Вопросы переводоведения
Дата публикации: 09.09.2016
Статья просмотрена: 2756 раз
Библиографическое описание:
Бакашева, Н. С. К проблеме перевода безэквивалентной лексики (БЭЛ) / Н. С. Бакашева. — Текст : непосредственный // Актуальные вопросы филологических наук : материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Казань, октябрь 2016 г.). — Казань : Бук, 2016. — С. 61-64. — URL: https://moluch.ru/conf/phil/archive/232/10965/ (дата обращения: 18.11.2020).
Данная статья посвящена проблемам перевода безэквивалентной лексики с английского языка на русский. В лингвистике не установлены все способы перевода такой лексики на другой язык.
Если сопоставить языки и культуры разных народов, то можно выделить элементы совпадающие и несовпадающие. К несовпадающим элементам относятся, прежде всего, предметы, обозначаемые безэквивалентной лексикой, и коннотации, присущие словам в одном языке и отсутствующие или отличающиеся в словах другого языка. Под безэквивалентной лексикой имеются в виду иноязычные слова и словосочетания, обозначающие предметы, процессы и иные реалии жизни, которые на данном этапе не имеют в языке перевода эквивалента.
Ключевые слова: безэквивалентная лексика, приемы, перевод, национально-культурное содержание
Термин «безэквивалентная лексика» (далее — БЭЛ) встречается у многих авторов, занимающихся проблемами языка и перевода (Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров, Л. С. Бархударов, С. Влахов, С. Флорин, Я. И. Рецкер, В. Н. Комиссаров, А. Д. Швейцер и др.), которые, однако, трактуют его по-разному: то, как синоним понятия «реалия», то несколько шире, либо несколько уже. Так, например, А. Д. Швейцер относит к категории БЭЛ «лексические единицы, служащие для обозначения культурных реалий, не имеющих точных соответствий в другой культуре» [1, с. 6]. В. Н. Комиссаров называет безэквивалентными «единицы исходного языка, которые не имеют регулярных соответствий в языке перевода» [2, с. 6]. Болгарские лингвисты С. Влахов и С. Флорин дают свою дефиницию, которая заметно сужает границы БЭЛ: БЭЛ — «лексические единицы, которые не имеют переводческих эквивалентов в языке перевода» [3, с. 6].
С. Влахов и С. Флорин предлагают также более четко отграничить БЭЛ от реалий. По их мнению, наиболее широким по своему содержанию является понятие БЭЛ. Реалии же входят в рамки БЭЛ как самостоятельный круг слов. Отчасти покрывают круг реалий, но, вместе с тем, отчасти выходят за пределы БЭЛ термины, междометия и звукоподражания, экзотизмы, аббревиатуры, обращения, отступления от литературной нормы; с реалиями соприкасаются имена собственные (с множеством оговорок). Все в тех же границах БЭЛ значительное место занимают слова, которые можно назвать собственно БЭЛ или БЭЛ в узком смысле слова — единицы, не имеющие по тем или иным причинам лексических соответствий в языке перевода [3, с. 6].
А. В. Федоров говорит о «словах, обозначающих национально-специфические реалии» [4, с. 6]. Я. И. Рецкер под «безэквивалентной» лексикой подразумевает «прежде всего, обозначение реалий, характерных для страны ИЯ и чуждых другому языку и иной действительности» [5, с. 6]. В том же ключе толкует реалии А. Д. Швейцер [6, с. 6]. Очень сжатую дефиницию реалий дает Л. С. Бархударов: «слова, обозначающие предметы, понятия и ситуации, не существующие в практическом опыте людей, говорящих на другом языке» [7, с. 6].
Комиссаров В. Н. определяет БЭЛ как «обозначения специфических для данной культуры явлений, которые являются продуктом кумулятивной функции языка и могут рассматриваться как вместилища фоновых знаний, т. е. знаний, имеющихся в сознании говорящих» [8, с. 6].
Анализ деловой лексики (особенно финансовой, банковской, экономической) показывает, что определенную ее часть может быть классифицирована как безэквивалентная, т. к. национально-культурное содержание в этих словах составляет ядро их значения, и они обозначают понятия, не имеющие аналогов, в нашей экономической действительности. Такие слова интересны особенно в лингвострановедческом и социокультурном аспектах, т. к. в них ярко отражаются национальные особенности «экономической культуры» другой страны. Проиллюстрируем это следующими примерами: withholding tax: американо-канадский термин, обозначающий одну из форм авансированной уплаты налогов; balloon: англосаксонский термин, обозначающий кредит, подлежащий возврату полной суммой одномоментно, а не частями, как при амортизации; blocked units: акции, подаренные или выданные в качестве вознаграждения сотрудникам предприятия; collateral bonds: долговые обязательства, гарантируемые любым видом залога, наиболее часто используемые в США; odd lot: термин, принятый на Нью-йоркской бирже и обозначающий количество акций меньше лота, т. е. меньше 100 (брокеры, специализирующиеся на подобных операциях, для предложения по бирже собирают акции до образования полных лотов); penny stock: американский термин, обозначающий акции, ценные бумаги спекулятивного характера, биржевой курс которых составляет менее одного доллара и т. д..
Определенную часть БЭЛ английского языка можно классифицировать как «временно безэквивалентные термины». Временно безэквивалентные термины — слова, близкие по характеру к словам-реалиям. Безэквивалентность лексики такого типа обусловлена неравномерным распределением достижений науки и техники в социальной сфере, в результате чего новшество, присутствующее в практическом опыте носителей ИЯ какое-то время может быть практически неизвестно представителям другой лингвокультурной общности.
Известно, что банковское, страховое дело, налоговое дело и многие другие аспекты экономической деятельности развивались в основном в США и других развитых странах Запада, и, например, такие термины, как investment, marketing, merchandising, underwriting, leasing или даже популярное сейчас manager некоторое время не имели эквивалента в русском языке, т. е. оставались временно безэквивалентными.
Межъязыковое сопоставление терминосистем позволяет выявить, какие именно языковые единицы могут быть использованы для обеспечения эквивалентности перевода временно безэквивалентных терминов, исходя из ресурсов общеупотребительной и специальной лексики ПЯ. Рассмотрим способы перевода безэквивалентных терминов.
Безэквивалентные однословные термины представлены в нашей выборке единичными случаями. При их переводе применяются следующие приемы:
Рассмотрим применение этих способов на практике.
С помощью близкого по семантике термина может быть переведен термин provision — резерв. Подбор термина (слова) близкой семантики также позволяет перевести термин benchmark. Benchmark — показатель, на который ориентируется руководство компании при формировании любой стратегии (маркетинговой, финансовой, производственной); это тот стандарт, который устанавливает для себя компания, сравнивая цели и результаты своей деятельности с соответствующими основными показателями деятельности конкурентов для формирования целевых стратегических показателей. Сам процесс выявления основных стратегических показателей и определения их целевых значений на основе показателей конкурентов и выбранных стратегических задач обозначается термином benchmarking. Это понятие предполагает принципиально новый подход к формированию стратегии на базе системы ключевых показателей, что создает все предпосылки для его закрепления в терминосистеме русского языка.
Прием транскрипции (транслитерации) при переводе может использоваться ограниченно: с одной стороны, он требует наличия у термина определенного звукового строя и окончания, способствующего последующему образованию падежных форм существительного; с другой, необходимо органичное включение заимствования в систему понятий соответствующей области. Мы полагаем, что транскрипция уместна при переводе термина outsourcing, обозначающего передачу выполнения хозяйственной операции другой организации (с целью уменьшения расходов и концентрации на основных видах деятельности): он не имеет русского эквивалента, так как обозначаемый им механизм, не столь давно распространившийся за рубежом, пока практически не используется российскими предприятиями. Подбор близкого по значению русского слова в данном случае невозможен; описательный же перевод представляется слишком громоздким, так что для перевода термина может быть рекомендована транскрипция: аутсорсинг.
При переводе безэквивалентных составных терминов ИЯ следует обращать внимание на их структуру: какой именно терминоэлемент означает не свойственный системе ПЯ интегральный или дифференциальный признак, формирующий понятие, не имеющее аналогов в категориальной системе ПЯ.
Безэквивалентность характерна для небольшого числа однословных терминов финансовой отчетности, и лишь некоторые из них участвуют в формировании производных составных терминов. Если значение безэквивалентного ключевого термина передает русский термин (или общеупотребительное слово) близкой семантики, то и в переводе производного термина соответствующий терминоэлемент рекомендуется переводить тем же способом. В подавляющем большинстве случаев для передачи значения составного термина может использоваться калькирование.
При переводе подавляющего большинства безэквивалентных составных терминов ИЯ особую сложность составляет передача значения неядерного элемента, с помощью которого специализируется понятие-гипероним, обозначаемое ключевым термином и имеющее аналог в ПЯ (deferred tax; listed company; marketable securities; quoted market value). Терминоэлементы, обеспечивающие выражение категориального признака в структуре ряда безэквивалентных терминов, могут быть калькированы, хотя отсутствие видового понятия в ПЯ препятствует идентичности восприятия языковой единицы носителями ИЯ и ПЯ.
Рассмотрим безэквивалентные составные термины ИЯ, возникшие на основе одного ключевого термина и обозначающие противопоставляемые друг другу понятия, не дифференцируемые в ПЯ:
− basic earnings per share — базовый доход на одну акцию (без учета дробления акций) и diluted earnings per share — уменьшенный в результате дробления акций /разводненный доход на одну акцию;
− basic net profit per share — чистая базовая прибыль на одну акцию (без учета дробления, разводнения) и diluted net profit per share — разводненная чистая прибыль на одну акцию (уменьшенная в результате дробления акций);
− термин dilutive securities — ценные бумаги, разводняющие капитал.
В данном случае сложность представляет передача компонентов basic, diluted, dilutive: в русской терминологии не произошло выделения категории разводняющих ценных бумаг и соответствующей дифференциации понятий для обозначения доходов до разводнения капитала и в результате разводнения. Предлагаемый нами перевод-калька с использованием определений базовый, разводненный и разводняющий (последние формируются на основе термина разводнение капитала), на наш взгляд, может закрепиться в русском языке, хотя на настоящий момент нуждается в комментарии.
При переводе антонимичных терминов — listed company — компания, акции которой продаются на фондовой бирже и publicly traded company — компания, акции которой продаются на внебиржевом рынке, мы используем описательный перевод, так как в результате калькирования была бы образована лексико-грамматическая структура, не отвечающая нормам русского языка (свободно продаваемая компания или компания, выставленная на внебиржевой рынок) и не позволяющая адекватно передать значения терминов.
При анализе приемов перевода безэквивалентных составных терминов выявляются следующие закономерности.
− holding gain — доход от увеличения стоимости активов;
− listed company — компания, акции которой продаются на фондовой бирже;
− purchase commitments — обязательства по оплате размещенных заказов;
− stock option plan — программа льготного приобретения персоналом акций компании.
Описательный перевод позволяет передать значение термина достаточно точно, но многокомпонентное словосочетание усложняет синтаксическую структуру соответствующего предложения текста ПЯ.
− dilutive effect — эффект разводнения (замена части речи: имя прилагательное — имя существительное);
− translation risk — трансляционный риск (замена части речи: имя существительное — имя прилагательное);
− valuation allowance — оценочный резерв (замена части речи и лексическая замена) и т. п.
− customer acceptance — приемлемость товара для покупателя;
− sale-leaseback transaction — сделка по продаже имущества на возвратного лизинга;
− termination income benefit — денежное пособие, выплачиваемое по истечении срока действия договора.
Исходя из теории безэквивалентной лексики, полная тождественность при переводе этой группы лексики невозможна. Это обусловлено тем, что единицы лексики на ИЯ (а безэквивалентной лексики в особенности) обладают не только разными экспонентами (фонемным составом, морфемами, устроенными по различным правилам), но и разными значениями и значимостями, поскольку каждое слово данного языка входит в своё семантическое поле и имеет значение только в оппозиции к остальным членам того же поля и своему языку в целом. Несмотря на это, перевод безэквивалентной лексики должен претендовать на эквивалентную презентацию. Данная эквивалентная передача может осуществляться с применением определённых теоретических принципов.
Явление безэквивалентности возникает вследствие отсутствия или недифференцированности того или иного понятия, обозначаемого термином ИЯ, в терминосистеме ПЯ. Основная причина безэквивалентности – различия в реалиях научной действительности, ведущие к отсутствию в ПЯ тех или иных понятий ИЯ. Подавляющее большинство безэквивалентных терминов может быть переведено посредством калькирования, с применением грамматических и лексических трансформаций (замена частей речи, лексическая замена). Описательный перевод в силу его громоздкости может быть использован значительно реже. Транскрипция и транслитерация используются в единичных случаях при переводе терминов-слов, когда возможно органичное включение заимствования в систему понятий соответствующей области.