Языки русских городов, областей и краев
Алтайский край
Выдерга – вредная женщина
Хиус – пронизывающий ветер
Растележиться – делать что-то очень медленно
Лыва — лужа
Гомонок — кошелёк
Виктория — клубника
Шанежки — булочки
Мультифора — файл, конверт для хранения документов
Пимы — валенки или зимняя обувь
Околоток — район населённого пункта
Башкирия
Аптраган – кошмар
Сабантуй – сборище, толпа
Айда – давай, пошли
Брянская область
Валет – деревенский житель
Махотка – небольшой глиняный кувшинчик
Скрыготник – поезд
Сморщ – борщ
Барабуля – лук
Гардеман –самогон
Шмурак – дурак
Чуз – мужчина
Сметье – мусор
Гайно – беспорядок
Клопот – ну и ладно
Вовна – овечья шерсть
Кимарить – спать
Волгоградская область
Залом – ранняя селедка
Грядушка – спинка кровати
Кущари – кусты
Дульки – сушеная груша
Растыка – неуклюжий человек
Каймак – запеченная сметана
Куля – волосы, собранные в пучок
Воронежская область
Баклажка — большая бутылка
Курсяк — курсовая работа
Присушить — приворожить
Сгондобить — смастерить, соорудить что-либо
Калининградская область
Питный — питьевой (чаще всего о воде)
Цеппелины — картофельные зразы, фаршированные мясом
Красноярский край
Тоси-боси и тырым-пырым – используется для связки слов
Маечка – маленький полиэтиленовый пакет
Плечики – вешалка для одежды
Стайка – сарай
Шоркать – тереть
Лента – пара, занятие в вузе
Козный — смешной, весёлый
Кырск — Красноярск
Самокат — суррогатная, произведенная в подпольных условиях водка
Унтайки — женские унты
Выхватывать — смеяться, насмехаться, издеваться над кем-либо
Нижегородская область
Чай – надеюсь, успею
Уделать – устроить, наладить, починить
Убираться – уместиться во что-либо
Ляховский – сумасшедший
Лапшенник — запеканка из лапши
Фантомашка — стереоизображение
Чебурашка — раскладной диван
Новосибирская и Омская область
С первой линии – дурак
Орать – смеяться
Слива (корка) – смешной момент, забавная фраза
Чойс – лапша быстрого приготовления
Батониться — бездельничать, отдыхать
Векша — белка
Лобовик — лобовое стекло автомобиля
Сигнашка — автосигнализация
Перебуровить — перемешать, перерыть
Толченка — картофельное пюре
Уделанный — модернизированный (об автомобиле)
Шарага — колледж, ПТУ
Шурушки — любые вещи, особенно мелкие
Псковская область
Мешок – торба
Петух – пеун
Журавина – клюква
Голубика – гонобобель или пьяница
Диянки – варежки
Приморский край
Брасматик — тюбик туши для ресниц или сама тушь
Вавка — ранка, нарыв
Киты — китайцы
Махалка — снасть для ловли рыбы
Торкать — доставлять удовольствие — об алкоголе или наркотиках
Фактуровщик — бухгалтер по работе с первичной документацией
Ходовка — ходовая часть автомобиля
Самарская область
Курмыши – далекое место, трущобы
Лытки – икры ног
Гомонок – кошелек
Белок — рекламный модуль в печатном издании
Блондать — бродить, шататься, слоняться
Каблуха — среднее специальное учебное заведение
Калым — подработка, сдельная работа
Мотолыга — часть говяжьей или свиной ноги
Сезонка — месячный проездной на общественный транспорт
Шобон — оборванец, плохо одетый человек
Свердловская область
Брякать — издавать шум, чаще всего про неполадки в автомобиле
Двигать — прогуливать
Кофемат — уличный автомат по продаже кофе
Красноголовик — подосиновик
Минисад, минисадик — частный детский сад
Парить — пользоваться услугами такси
Питик — пятьсот рублей
Сиги, сижки — сигареты
Соображалка — детская игра, головоломка
Сахалин
Кукса – лапша
Аргамак – снегокат
Фанза – шалаш
Тамбовская область
Колготиться – суетиться, беспокоиться
Колчушка – некультурный человек
Тепляк – теплый ветер
Челябинская область
Лентяйка – швабра
Полуторка – однокомнатная квартира
Зеленка – документ на право владения собственностью
Горбулка (сокращение от «городская булка») – белый хлеб определенной формы
Махры – то, что торчит, выпирает, мешается
Груздянка — суп из груздей
Дресва — мелкий щебень
Обабок — подберезовик или несколько видов съедобных грибов
Санкт-Петербург и Ленинградская область
Бадлон, бодлон — тонкий джемпер, водолазка
Вовсюда — всюду, везде
Водогрей — газовое или электрическое водонагревательное устройство
Жировка — счет на оплату коммунальных услуг
Жлыга — штука (о любой вещи)
Крокодил — шпаргалка большого размера с написанным на ней ответом
Кура — курица
Точка — одноподъездный жилой дом в семь и более этажей
Тэшка — маршрутное такси.
Словарь «Языки русских городов»:
подбор примеров и Интернет
В. И. Беликов (WBelikoph@Yandex.ru)
Институт русского языка им. В.В. Виноградова РАН, Москва
В докладе рассматривается функции иллюстраций и их подбор в традиционной лексикографии и роль Интернета при отборе иллюстративного материала для словаря «Языки русских городов».
Мы делаем здесь совместными усилиями самый настоящий словарь ‹…› Как правило, слова, которые мы обсуждаем, не попадают в толковые словари русского языка, но активно употребляются в разных регионах России.
Преамбула форума «Городские диалекты»,
Прежде чем говорить, как подбираются иллюстрации для словаря «Языки русских городов», необходимо остановиться на, казалось бы, ясных вопросах: какие иллюстрации вообще используются в толковых словарях, как они подбираются и каково их назначение.
Широкие круги читателей, напротив, обращаются к толковому словарю в основном с целью узнать как правильно (интересуясь буквой значения, а также наличием ограничительных помет) или для уточнения значения малознакомого слова (в этом смысле различие между килькой и тюлькой ему интереснее, чем между козлом и бараном); из информации, близкой «грамматисту», наибольший интерес для значительной части непрофессионалов представляет проверка слуха, что «разрешили говорить моё кофе», а также акцентная парадигма «трудных» слов (не всегда, кстати, полностью выводимая из статей в толковом словаре); к статьям, толкующим «простые и ясные» слова типа большой, если или стул рядовой читатель обращается очень редко. Любопытство к иллюстративному материалу (если он не обладает самоценностью, как у Даля) целиком подчинено интересу к семантике.
Как известно, толковые словари снабжаются двумя типами примеров: словосочетаниями и предложениями; соотношение тех и других зависит от объема словаря. Ортогонально этому примеры делятся на модельные, порожденные самим лексикографом, и взятые из источников. Последние «вызывают, прежде всего, у самого лексикографа, большее доверие, чем придуманные» Но «ситуации, изображенные в литературных примерах, бывают подчас далеки от прототипических для описываемого слова» [Семенова 2003: 594]. Кроме того, вырванные из контекста цитаты могут быть чрезмерно длинны и, тем не менее, не вполне понятны. В результате в практику создания словарей «общего назначения» входит явно обозначаемое сокращение цитируемого примера и введение разъясняющих дополнений в квадратных скобках. Во все шире распространяющихся словарях, предназначенных для узкопрофессионального использования, допускается и «редактирование» цитат, точнее, создание модельных примеров, в которых все еще просматривается план содержания, принадлежащий, скажем, Пушкину (ср. приводимый С. Ю. Семеновой пример из семантического словаря РУСЛАН: Цыгане шумной толпой по Бессарабии кочуют [2] ).
Разумеется, для решения сугубо лингвистических задач могут использоваться и общие словари, при этом оценка полезности иллюстративных примеров лингвистом и непрофессионалом может различаться. Интересный подход демонстрирует работа О. А. Митрофановой и С. А. Крылова [2006], отмечающих, что наиболее удачные из модельных примеров «согласуются с узусом, не перегружены элементами частного характера, и в то же время, позволяют демонстрировать спектр семантических / синтаксических валентностей слова». При анализе словаря Ожегова в формате базы данных Starling они констатируют, что с помощью модельных примеров удается выявить 228 синтагматических соседей глагола говорить; среди прочих определяются такие «предметно-предикатные» актанты, как банальности, гадости, двусмысленности, дерзости, колкости, наглости, пакости.
Задачи иллюстрирования в четырехтомном «Словаре русского языка» сформулированы так: «иллюстрации ‹…› служат дополнительным средством характеристики слова, указывают на сферу его употребления, подтверждают стилистическую характеристику слова, данную при помощи соответствующей пометы» [МАС 1981: 9]. Чуть иначе сказано в последнем фундаментальном издании, которое «продолжает и развивает богатые академические традиции словарного дела в России»: «Цитаты ‹…› служат для оправдания введения слова в словник Словаря, убеждают читателя в правильности толкования и стилистической классификации слова» [БАС 2004: 3, 29]. Если вдуматься, возложение на иллюстрации функции «дополнительного средства характеристики слова» совершенно неожиданно; буквальное понимание подталкивает к единственной интерпретации: из иллюстрации можно извлечь то, что составитель не стал по каким-то причинам включать в результат своей авторской работы над словарной статьей. В самом деле, толкования и ограничительные пометы — это суждения, порожденные в рамках науки, поэтому они могут быть как истинными, так и ложными, цитаты же представляют собой грамматически стилистически и семантически правильные тексты на русском языке, истинность которых в контексте словаря в общем случае не представляет интереса (я отвлекаюсь от примеров к терминам и подобной им лексике, таковые, впрочем, и иллюстрируются нечасто). Я бы назвал эту важнейшую функцию цитат коррекционно й; внимательному читателю они помогают оценить истинность предлагаемых лексикографом толкования и стилистических помет и часто убеждают в их правильности. Если толкование неаккуратно, вероятность убедиться в этом для читателя тем выше, чем больше число иллюстративных цитат. В самом деле, если примеры отсутствуют или толкование иллюстрируется лишь интроспективно подобранными автором словарной статьи словосочетаниями, для того, чтобы усмотреть ошибки в толковании, необходимо, как минимум, в точности знать значение слова. При наличии цитат в этом нет нужды.
Во втором же случае читатель, особенно обратившись к более широкому контексту цитаты, недоумевает: куда же подевалось селение, когда его жители «далеко перекочевали»? В действительности никакого «селения» не было, ибо по-русски это слово не применяется ни к поставленным юртам кочевников, ни к перемещаемым в разобранном виде на лошадях или верблюдах (ср. более подходящее к этому примеру толкование аул 2 из словаря Ушакова: ‘административная единица у некоторых кочевых тюркских народов Средней Азии’).
Важнейшая особенность словаря «Языки русских городов» заключается в том, что лексические единицы языка-объекта в общем случае неизвестны составителю, описывать их приходится методами, близкими к полевым, выявляя семантику текстов, признанных соответствующими региональному узусу (маркированному или нет стилистически), путем их анализа либо самим исследователем, либо с помощью информанта. В отличие от ситуации, с которой сталкивается полевой лингвист, составителю словаря язык-объект в целом хорошо известен; плюсы этого очевидны, минус же заключается в том, что при поверхностном знакомстве с новой лексемой [6] исследователь может уподобиться героям известной корейской сказки, пересказанной Н. Г. Гариным-Михайловским [7] : слишком рано решив, что он «все понял», ошибется и в толковании лексемы, и в ее региональной привязке, и в стилистическом статусе. Само собой разумеется, что модельные примеры и неполно паспортизованные цитаты для иллюстраций в рамках этого проекта непригодны.
Вполне очевидно, что вне Интернета и привязанных к нему оцифрованных текстовых массивов проект «Языки русских городов» был бы неосуществим. Создаваемый в его рамках словарь — продукт обработки материалов, обсуждавшихся на форуме «Городские диалекты», но очередная версия словаря подвергается дальнейшему обсуждению в форуме, и в «готовых» статьях нередко корректируются и толкование, и региональный статус лексемы.
Для констатации нейтрального статуса лексемы важным является функционирование ее в официальных контекстах, использование в научном и публицистическом стилях, авторском тексте художественных произведений, регулярное появление в периодике без кавычек. Ср. такие примеры:
спадывать ‘спадать, падать, отваливаться, соскакивать’: Вы знаете, кем становится и что думает о себе человек, лишенный ремня и звания, когда у него спадывают брюки?; У одной моей туфельки отрывается пуговица. Туфелька начинает спадывать с ноги, хлястик громко шлепает (повести из екатеринбургского журнала «Урал», оба автора — местные уроженцы).
садоогород ‘садовоогородное товарищество и отдельный участок в нем’: Комитет защиты садоогородов (офиц. название общественной организации в г. Ижевске); Администрация города сообщает об открытии сезонных пригородных маршрутов для поездки на садоогороды («Удмуртская правда», заголовок).
вехотка ‘мочалка’: Возможна контактно-бытовая передача вируса гепатитов в семейных очагах при несоблюдении гигиенических правил (использование в семье одной зубной щетки, вехотки, бритвенного прибора, маникюрных ножниц и т. д.) (Сайт департамента охраны здоровья населения Кемеровской области); Благодаря Н. К. Владимировой иркутяне познакомились именно на выставках с люфой, которая не только съедобна и хороша на вкус, но и при полном созревании и выделке является вехоткой («Восточно-Сибирская правда»).
Для большинства типов лексики наиболее надежным источником иллюстраций является региональная периодика, однако в местных СМИ достаточно широко представлены идентичные тексты, в одних случаях это закономерность (например, издания ИД «Провинция» с частично общими материалами выходят в 40 регионах России от Калининграда до Хабаровска и от Архангельска до Астрахани и Ростов-на-Дону), в других — плагиат. Так, при региональной привязке лексемы бокал ‘высокая вместительная чайная чашка’ выявился идентичный текст, происхождение которого вряд ли установимо; фраза Перед тем как идти в гости и для того, чтобы не захмелеть, надо выпить бокал хорошо заваренного с мятой зеленого или черного чая присутствует в периодике Оренбурга (1998), Екатеринбурга и Калуги (2000), Костромы (2001), Ростова-на-Дону (2003).
Для иллюстрирования сниженной или детской лексики более пригодны форумы и сетевая литература, ср. названия игр типа салочки: пятнашки (Петербург), ловитки (Крым), догоняшки (Красноярск, Новосибирск), догонялки (Ульяновск), крысы (Саратов) и т. п.
В целом же иллюстрирование упомянутого словаря, как и вообще его создание, немыслимо без интернет-диалога с многочисленными участниками форума.
1. БАС: Большой академический словарь русского языка. Т. 1. А—Бишь. М., Т. 2. Благо—Внять. СПб: Наука, 2004—2005.
2. Ефремова Т.В. Новый словарь русского языка. Толково-словообразовательный. Т. 1—2. М.: Рус. яз., 2000.
3. МАС: Словарь русского языка: В 4 т. / Под ред. А.П. Евгеньевой. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Рус. яз., 1981—1984. — Т. 1—4.
4. Митрофанова О.А., Крылов С.А. “Типовой” контекст: случайность или закономерность? // Настоящее издание, 2006.
5. НОСС: Новый объяснительный словарь синонимов русского языка / Под общ. рук. Ю. Д. Апресяна. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Языки славянской культуры; Вена: Венский славистический альманах, 2004.
1. Толковый словарь русского языка / Под ред. проф. Д.Н. Ушакова. — М.: ОГИЗ, 1935—1940. — Т. 1—4.
[1] Волнения, впрочем, сугубо теоретические; так, в БТС эти слова толкуются, соответственно, как ‘мелкая промысловая рыба сем. сельдевых’ и ‘мелкая морская промысловая рыбка сем. сельдевых’.
[2] В случае редактуры «под стандарт» остается загадкой, почему цыгане по Бессарабии кочуют, а не кочуют по Бессарабии.
[4] Вот выборочный список цитируемых произведений (произведения и авторы-лауреаты Сталинской премии подчеркнуты): Степанов, Порт-Артур: 671 цитата; Л. Толстой, Воскресение: 574; Пушкин, Капитанская дочка: 537; Федин, Необыкновенное лето: 506; Николаева, Жатва: 481; Тургенев, Отцы и дети: 456; Саянов, Небо и земля: 399; Казакевич, Весна на Одере: 345; Гладков, Энергия: 336; А. Н. Толстой, Сестры: 305; Тургенев, Накануне: 309; Достоевский, Братья Карамазовы: 309; Федин, Первые радости: 283; Л. Толстой, Война и мир: 275; Бабаевский, Кавалер Золотой Звезды: 269; Гладков, Вольница: 249; М. Горький, Трое: 244; Бубеннов, Белая береза: 230; Чехов, Степь: 210; Шолохов, Тихий Дон: 195; Пушкин, Евгений Онегин: 186; Гончаров, Обломов: 175; Панова, Спутники: 171; Ажаев, Далеко от Москвы: 156; Березко, Мирный город: 142; Л. Толстой, Анна Каренина: 136; Крымов, Танкер «Дербент»: 135; Чехов, Три сестры: 122; Бунин, Деревня: 122; М. Горький, Коновалов: 117; М. Алексеев, Солдаты: 115; Гладков, Повесть о детстве: 108; Березко, Ночь полководца: 106; Серафимович, Город в степи: 105; Горбатов, Непокоренные: 104; Фадеев, Молодая гвардия: 102; Задорнов, Амур-батюшка: 100; Тургенев, Бежин луг: 87; Гладков, Цемент: 84; Рыбаков, Водители: 78; М. Горький, Мать: 69; Павленко, Счастье: 66; Чехов, Вишневый сад: 65; С. Антонов, Лена: 60; М. Горький, Васса Железнова: 59; Лидин, Две жизни: 41; Лесков, Соборяне: 40; Лесков, Очарованный странник: 33; М. Горький, Песня о Соколе: 22; Василенко, Звездочка: 22; Лесков, Некуда: 14; Николаева, Битва в пути: 13; М. Горький, На дне: 9; Бунин, Жизнь Арсеньева: 4; Достоевский, Бесы: 1.
[5] Можно добавить, что анкерок имеет сплюснутую форму, поскольку оба его днища эллипсоидны.
[6] В определении этого понятия я следую за представителями школы Ю. Д. Аперсяна: «Лексема — слово в одном из его значений» [НОСС 2004: XXXIII].
[7] Жили себе муж и жена, хорошие люди, но только никогда никого до конца не дослушивали и всегда кричали: «Знаем, знаем!».