Николай Языков — Родина: Стих
Краса полуночной природы,
Любовь очей, моя страна!
Твоя живая тишина,
Твои лихие непогоды,
Твои леса, твои луга,
И Волги пышные брега,
И Волги радостные воды —
Всё мило мне, как жар стихов,
Как жажда пламенная славы,
Как шум прибережной дубравы
И разыгравшихся валов.
Всегда люблю я, вечно живы
На крепкой памяти моей
Предметы юношеских дней
И сердца первые порывы;
Когда волшебница-мечта
Красноречивые места
Мне оживляет и рисует,
Она свежа, она чиста,
Она блестит, она ликует.
Но там, где русская природа,
Как наших дедов времена,
И величава, и грозна,
И благодатна, как свобода,-
Там вяло дни мои лились,
Там не внимают вдохновенью,
И люди мирно обреклись
Непринужденному забвенью.
Целуй меня, моя Лилета,
Целуй, целуй! Опять с тобой
Восторги вольного поэта,
И сила страсти молодой,
И голос лиры вдохновенной!
Покинув край непросвещенный,
Душой высокое любя,
Опять тобой воспламененный,
Я стану петь и шум военный,
И меченосцев, и тебя!
Анализ стихотворения «Родина» Языкова
Николай Языков не слишком известен читателю 21 века, однако современники знали и любили поэта. Будучи окружен заботливым дворянским семейством, красотами приволжских земель и колоритом народного творчества, уроженец Симбирской губернии Языков, с малых лет стал тянуться к поэтическому творчеству.
Стихотворение «Родина» было написано в 1825 году, когда Николай Михайлович учился в Эстонии и тосковал по родовому гнезду. В строках:
«…И Волги радостные воды: —
Все мило мне, как жар стихов…»,
поэт высказывает безграничную привязанность к отчизне, осознавая ее достоинства и недостатки и все же искренне любя ее, словно родную мать. Тема любви к родине сквозит через все творчество Языкова, его экспрессивный патриотизм это искренние чувства пусть даже еще совсем молодого человека (в 1825 году Николаю Михайловичу было всего 22 года). В отличии от поэтов пушкинской плеяды, к которой литературоведы относят сегодня Языкова, он одним из первых стал восторгаться природой России, не уменьшая и не принижая действительности в угоду моде или общественному мнению.
Главным героем в произведении выступает сам автор, описывая созерцательные наблюдения, воспоминания о прошлом и надежды на будущее:
«…Всегда люблю я, вечно живы
На крепкой памяти моей
Предметы юношеских дней
И сердца первые порывы…».
Красота родного края глубоко запечатлелась в сердце поэта, слова «…Любовь очей — моя страна!…» и для более точной передачи крестьянского колорита, Языков применяет отсылку к историческим песням:
«…Но там, где русская природа,
Как наших дедов времена,
И величава и грозна…».
Произведение напоминает хвалебную оду, написанную двухсложной стопой, посвященную персонифицированной отчизне. В конце стихотворения мелькает неуловимая Лилета, как образ порывов молодости, любви и жажды жизни, что переплетается в единое целое с любовью к родной земле.
Обилие высокопарных оборотов и ярких эпитетов: «вдохновенный / непросвещенный», «воспламененный / военный», наполняют произведение торжественностью.
Четырехстопный ямб наиболее удобен для подчеркивания патетических восклицаний, которыми изобилует стихотворение, а живые метафоры: «волшебница-мечта», «голос лиры вдохновенной», добавляют живости и образности.
Родные пейзажи всю жизнь вдохновляли поэта. Многие его произведения стали основой для романсов, которые исполняются по сей день, в их числе и стих «Родина», на музыку композиторов Г. Портнова и О. Евлахова.
Иностранцы рассказывают, на что похожа русская речь с точки зрения человека, не владеющего этим языком
На что похожа русская речь с точки зрения человека, не владеющего этим языком? На этот вопрос отвечают голландский дизайнер, немецкий доктор и другие самые обычные иностранцы.
Вильям-Ян, дизайнер, НИДЕРЛАНДЫ
Русский язык — это звуки, которые издавала бы кошка, посади ее в коробку, полную мраморных шариков: писк, визг и полная неразбериха.
Джереми, учитель, США
Мне всегда казалось, что русский язык — это смесь испанского с округлым «р», французского, в который добавили «ж», и немецких грубых звуков.
Якуб, финансовый аналитик, ЧЕХИЯ
Для меня русский звучит ровно как польский. Та же интонация, то же «женственное» произношение, в особенности по сравнению с чешским.
Эйб, бухгалтер, ВЕЛИКОБРИТАНИЯ
По мне, русская речь — это нечто среднее между рыком моржа и мелодией Брамса.
Гетин, разведчик, ИРЛАНДИЯ
До того как я начал изучать русский язык, и еще некоторое время спустя после начала уроков славистики, чем больше я слушал русский, тем больше он казался мне похожим на запись любого другого мирового языка, пущенную задом наперед.
Дин, пенсионер, НОВАЯ ЗЕЛАНДИЯ
Как будто кто-то толком не отхаркался, набрал полный рот слюны и при этом пытается разговаривать.
Уилл, финансовый аналитик, АВСТРАЛИЯ
Русский звучит очень брутально, маскулинно. Это язык настоящих мачо.
Батыр, фотограф, МОНГОЛИЯ
Самое удивительное, что русский язык может звучать совершенно по‑разному: все зависит от говорящего, и от того, что именно говорится. В принципе, от русского языка при желании можно добиться ангельского звучания. Правда-правда! Русский — это пластилин, из которого любой мастер может вылепить все, что пожелает.
Алессио, журналист, ИТАЛИЯ
Это как приглашение к отчаянному флирту. И особенно когда русские девушки невероятно сладким голосом произносят вот это их «ПАЧИМУ?». Опубликуйте меня, пожалуйста.
Крис, консультант, КОРСИКА
В высшей степени эмоциональный язык — в интонацию русские вкладывают много чувства и страсти. Пример: «ВОТ ЭТО ДА. »
Альбертина, врач-инфекционист, ГЕРМАНИЯ
Русский язык — это пара знакомых слов, затерянных в полном лингвистическом хаосе неприятных на слух звуков.
Марк, учитель, ВЕЛИКОБРИТАНИЯ
Как звук наждачной бумаги, скребущей по шероховатой поверхности, покрытой тонким слоем лака. А если говорить о провинциалах, то их русский — это скрёб наждачной бумаги по шероховатой поверхности безо всякой лакировки вообще.
Хаим, художник, ИЗРАИЛЬ
Он, как рев автобуса, застрявшего в пробке. «Да-да-даааааааа». И так — по нарастающей.
Мария, переводчица, ФРАНЦИЯ
Русский язык — он как очень плохо отрегулированный радиоприемник: полным-полно лишних шорохов, треска и скрипа.
Языков настоящее читать полностью
Николай Михайлович Языков
ПЛОВЕЦ Нелюдимо наше море, День и ночь шумит оно; В роковом его просторе Много бед погребено.
Смело, братья! Ветром полный Парус мой направил я: Полетит на скользки волны Быстрокрылая ладья!
Облака бегут над морем, Крепнет ветер, зыбь черней, Будет буря: мы поспорим И помужествуем с ней.
Смело, братья! Туча грянет, Закипит громада вод, Выше вал сердитый встанет, Глубже бездна упадет!
Там, за далью непогоды, Есть блаженная страна: Не темнеют неба своды, Не проходит тишина.
Но туда выносят волны Только сильного душой. Смело, братья, бурей полный Прям и крепок парус мой. Мысль, вооруженная рифмами. изд.2е. Поэтическая антология по истории русского стиха. Составитель В.Е.Холшевников. Ленинград, Изд-во Ленинградского университета, 1967.
МОЛИТВА Молю святое провиденье: Оставь мне тягостные дни, Но дай железное терпенье, Но сердце мне окамени. Пусть, неизменен, жизни новой Приду к таинственным вратам, Как Волги вал белоголовый Доходит целый к берегам. 12 апреля 1825 100 Стихотворений. 100 Русских Поэтов. Владимир Марков. Упражнение в отборе. Centifolia Russica. Antologia. Санкт-Петербург: Алетейя, 1997.
ЭЛЕГИЯ Бог весть, не втуне ли скитался В чужих странах я много лет! Мой черный день не разгулялся, Мне утешенья нет как нет. Печальный, трепетный и томный Назад, в отеческий мой дом, Спешу, как птица в куст укромный Спешит, забитая дождем. 1841, Швальбах Н.Я.Языков. Сочинения. Ленинград: Художественная литература, 1982
ПЕСНЯ КОРОЛЯ РЕГНЕРА Мы бились мечами на чуждых полях, Когда, горделивый и смелый как деды, С дружиной героев искал я победы И чести жить славой в грядущих веках. Мы бились жестоко: враги перед нами, Как нива пред бурей, ложилися в прах; Мы грады и села губили огнями, И скальды нас пели на чуждых полях.
Мы бились мечами в тот день роковой, Когда, победивши морские пучины, Мы вышли на берег Гензинской долины, И, встречены грозной, нежданной войной, Мы бились жестоко: как мы, удалые, Враги к нам летели толпа за толпой; Их кровью намокли поля боевые, И мы победили в тот день роковой.
Мы бились мечами, полночи сыны, Когда я, отважный потомок Одина, Принес ему в жертву врага-исполина, При громе оружий, при свете луны. Мы бились жестоко: секирой стальною Разил меня дикий питомец войны; Но я разрубил ему шлем с головою,И мы победили, полночи сыны!
ПОДРАЖАНИЕ ПСАЛМУ CXXXVI В дни плена, полные печали, На Вавилонских берегах, Среди врагов мы восседали В молчаньи горьком и слезах;
Там вопрошали нас тираны, Почто мы плачем и грустим: «Возьмите гусли и тимпаны И пойте ваш Ерусалим».
Нет! Свято нам воспоминанье О славной родине своей; Мы не дадим на посмеянье Высоких песен прошлых дней!
Твои, Сион, они прекрасны! В них ум и звук любимых стран! Порвитесь струны сладкогласны, Разбейся звонкий мой тимпан!
Окаменей язык лукавый, Когда забуду грусть мою И песнь отечественной славы Ее губителям спою.
А ты, среди огней и грома Нам даровавший свой закон, Напомяни сынам Эдома День, опозоривший Сион,
Когда они в веселье диком, Убийства шумные вином, Нас оглушали грозным криком: «Все истребим, всех поженем!»
Блажен, кто смелою десницей Оковы плена сокрушит, Кто плач Израиля сторицей На притеснителях отмстит!
ЗЕМЛЕТРЯСЕНЬЕ Всевышний граду Константина Землетрясенье посылал, И геллеспонтская пучина, И берег с грудой гор и скал Дрожали,- и царей палаты, И храм, и цирк, и гипподром, И стен градских верхи зубчаты, И все поморие кругом.
По всей пространной Византии, В отверстых храмах, богу сил Обильно пелися литии, И дым молитвенных кадил Клубился; люди, страхом полны, Текли перед Христов алтарь: Сенат, синклит, народа волны И сам благочестивый царь.
Вотще. Их вопли и моленья Господь во гневе отвергал. И гул и гром землетрясенья Не умолкал, не умолкал! Тогда невидимая сила С небес на землю низошла И быстро отрока схватила И выше облак унесла.
И внял он горнему глаголу Небесных ликов: свят, свят, свят! И песню ту принес он долу, Священным трепетом объят. И церковь те слова святыя В свою молитву приняла, И той молитвой Византия Себя от гибели спасла.
Так ты, поэт, в годину страха И колебания земли Носись душой превыше праха, И ликам ангельским внемли, И приноси дрожащим людям Молитвы с горней вышины, Да в сердце примем их и будем Мы нашей верой спасены. 18 апреля 1844 Н.Я.Языков. Сочинения. Ленинград: Художественная литература, 1982